Камю Альберт / Чума

   Альбер Камю
  
    Чума
  
    Роман
  
  
    Перевод Н. Жарковой
  
  
  
    Если позволительно изобразить тюремное заключение через другое тюрем-
 ное заключение, то позволительно также  изобразить  любой  действительно
 существующий в реальности предмет через нечто вообще несуществующее.
    Даниель ДЕФО1
  
  
  
    Часть первая
  
  
    Любопытные события, послужившие сюжетом  этой  хроники,  произошли  в
 Оране в 194... году. По общему мнению, они, эти события, были просто не-
 уместны в данном городе, ибо некоторым образом выходили за рамки обычно-
 го. И в самом деле, на первый взгляд  Оран  -  обычный  город,  типичная
 французская префектура на алжирском берегу.
    Надо признать, что город как таковой достаточно уродлив. И не  сразу,
 а лишь по прошествии известного времени замечаешь под этой  мирной  обо-
 лочкой то, что отличает Оран от сотни других торговых городов,  располо-
 женных под всеми широтами. Ну как, скажите, дать вам представление о го-
 роде без голубей, без деревьев и без садов, где не услышишь ни  хлопанья
 крыльев, ни шелеста листвы, - словом, без особых примет. О смене времени
 года говорит только небо. Весна извещает о своем приходе лишь новым  ка-
 чеством воздуха и количеством цветов, которые  в  корзинах  привозят  из
 пригородов розничные торговцы, - короче, весна, продающаяся вразнос. Ле-
 том солнце сжигает и без того прокаленные дома и покрывает стены серова-
 тым пеплом; тогда жить можно лишь в тени наглухо закрытых  ставен.  Зато
 осень - это потопы грязи. Погожие дни наступают только зимой.
    Самый удобный способ познакомиться с городом - это попытаться узнать,
 как здесь работают, как здесь любят и как здесь умирают. В нашем городке
 - возможно, таково действие климата - все это слишком тесно  переплетено
 и делается все с тем же лихорадочно-отсутствующим видом. Это значит, что
 здесь скучают и стараются обзавестись привычками. Наши обыватели работа-
 ют много, но лишь ради того, чтобы разбогатеть. Все их интересы вращают-
 ся главным образом вокруг коммерции, и прежде всего они  заняты,  по  их
 собственному выражению, тем, что "делают дела". Понятно, они не  отказы-
 вают себе также и в незатейливых радостях - любят женщин, кино и морские
 купания. Но, как люди рассудительные, все эти удовольствия они  прибере-
 гают на субботний вечер и на воскресенье, а остальные шесть дней  недели
 стараются заработать побольше денег. Вечером, покинув свои конторы,  они
 в точно установленный час собираются в кафе, прогуливаются все  по  тому
 же бульвару или восседают на своих балконах. В молодости их желания  не-
 истовы и скоротечны, в более зрелом возрасте пороки не выходят за  рамки
 общества игроков в шары, банкетов в  складчину  и  клубов,  где  ведется
 крупная азартная игра.
    Мне, разумеется, возразят, что все это присуще не только одному наше-
 му городу и что таковы в конце концов все наши современники. Разумеется,
 в наши дни уже никого не удивляет, что люди работают с утра до  ночи,  а
 затем сообразно личным своим вкусам убивают остающееся им для жизни вре-
 мя на карты, сидение в кафе и на болтовню. Но есть ведь такие  города  и
 страны, где люди хотя бы временами подозревают о  существовании  чего-то
 иного. Вообще-то говоря, от этого их жизнь не  меняется.  Но  подозрение
 все-таки мелькнуло, и то слава Богу. А вот Оран, напротив, город, по-ви-
 димому никогда и ничего не подозревающий, то есть вполне современный го-
 род. Поэтому нет надобности уточнять, как у нас любят. Мужчины и женщины
 или слишком быстро взаимно пожирают друг друга в том, что зовется  актом
 любви, или же у них постепенно образуется привычка  быть  вместе.  Между
 двумя этими крайностями чаще всего середины нет. И это тоже  не  слишком
 оригинально. В Оране, как и повсюду, за неимением времени и  способности
 мыслить люди хоть и любят, но сами не знают об этом.
    Зато более оригинально другое - смерть  здесь  связана  с  известными
 трудностями. Впрочем, трудность - это не то слово,  правильнее  было  бы
 сказать некомфортабельность. Болеть всегда неприятно, но существуют  го-
 рода и страны, которые поддерживают вас во время недуга и где в  извест-
 ном смысле можно позволить себе роскошь поболеть.  Больной  нуждается  в
 ласке, ему хочется на что-то опереться, это  вполне  естественно.  Но  в
 Оране все требует крепкого здоровья: и капризы климата, и размах деловой
 жизни,  серость  окружающего,  короткие  сумерки  и  стиль  развлечений.
 Больной там по-настоящему одинок... Каково же тому, кто лежит на  смерт-
 ном одре, в глухом капкане, за сотнями потрескивающих от зноя стен,  меж
 тем как в эту минуту целый город по телефону или за столиками кафе гово-
 рит о коммерческих сделках, коносаментах и учете векселей. И вы  поймете
 тогда, до чего же некомфортабельна может стать смерть, даже вполне  сов-
 ременная, когда она приходит туда, где всегда сушь.
    Будем надеяться, что эти  беглые  указания  дадут  достаточно  четкое
 представление о нашем городе. Впрочем, не следует ничего преувеличивать.
 Надо бы вот что особенно подчеркнуть - банальнейший облик города  и  ба-
 нальный ход тамошней жизни. Но стоит только  обзавестись  привычками,  и
 дни потекут гладко. Раз наш город благоприятствует  именно  приобретению
 привычек, следовательно, мы вправе сказать, что все к лучшему.  Конечно,
 под этим углом жизнь здесь не слишком захватывающая. Зато мы  не  знаем,
 что такое беспорядок. И наши прямодушные, симпатичные и деятельные  сог-
 раждане неизменно вызывают у путешественника вполне  законное  уважение.